...оизведении искусства своего рода стратегии, пригодной для реальной социально-политической практики. Маркузианская эстетическая концепция, таким образом, страдает явной и непреодолимой двойственностью.

Критическая теория

«Критическая теория» проникнута пафосом «революционности», отрицательно оценивает буржуазную культуру (и общество в целом), остро переживает потребность поиска путей выхода из ситуации «аффирмативкой культуры».

В то же время Маркузе не может указать реальных путей революционного преобразования. «Революционность» Маркузе представляет собой преимущественно теоретическую, утопическую революционность. Разрыв в маркузианской теории между ее революционной направленностью и бессилием в освещении реальных путей освобождения осознается и оправдывается ее автором как необходимый негативизм «критической теории», позитивным моментом которой может быть только эстетическая утопия.

Таким образом, маркузианская теория является одной из форм традиционной и характерной для буржуазной романтической идеологии исторической универсализации эстетического способа освоения мира человеком, а выдвигаемая Маркузе модель «подлинного» искусства на самом деле является моделью, абсолютизирующей способ функционирования буржуазного искусства.

В своих утопических конструкциях Маркузе пытается реализовать негативно-критическую, а по сути дела надыдеологическую позицию. С точки зрения марксизма данная позиция является бессодержательной, поскольку в его теорий понятие классового интереса в духе заявленной им претензии на радикальную политизацию основных категорий фрейдовского психоанализа подменяется представлением о некой всеобщей «структуре инстинктов», с борьбой за свободную реализацию которых он неправомерно связывает начало социальной революции.